четверг, 20 августа 2015 г.

Набиуллина vs Тулин. Не всё так однозначно

На прошлой неделе американское агентство экономических новостей Блумберг в очередной раз разродилось сенсационной статьёй про российскую экономику, а, если точнее, про её регулятора - Банк России. Мол в руководстве ЦБ России не  всё так гладко, там нынче конфликт между Тулиным и Набиуллиной по вопросам денежно-кредитной политики: первый зампред (Тулин) предлагает чуть ли не целевым образом кредитовать промышленность, а глава Банка России против. При этом данную новость смаковали не только российские либеральные СМИ, но также подключились и блогеры, которые договорились до того, что Тулин  входит в группу развития российской промышленности, куда попало и Минэкономразвития (ага, во главе с тем самым Улюкаевым, одним из творцов кризиса 2008-2009 гг.). Только одно это утверждение вызывает много вопросов, потому и я решил подключиться к тому, что называется "разбор полетов". К сожалению или к радости у меня нет инсайдов, потому я воспользуюсь открытыми источниками, такими, как интервью Тулина газете Комсомольская правда от 23 апреля 2015 года и интервью Набиуллиной газете РБК от 28 июня 2015 года. Как говорится, прямая речь и ничего кроме.
Начнём с Тулина:
— Дмитрий Владиславович, политику Центрального банка резко критикуют в последнее время. В основном, конечно, за падение курса рубля. Можете объяснить, что с ним случилось в прошлом году?
— Снижение курса было неизбежно. Страна попала в очень тяжелые условия, приближенные к экстремальным. И не только из-за обвала цен на нефть. Если бы на границах других стран со сходными сырьевыми экономиками было нестабильно, а против них еще и ввели санкции, они бы уже были в дефолте. А мы выстояли. Поэтому, повторю, рубль должен был упасть. Многие годы мы все жили не по средствам. Цены на сырье росли. Благосостояние людей с 2000 года постоянно повышалось. Конечно, олигархам доставалось значительно больше, но и остальным перепало. Мы видим это по количеству и качеству машин на улицах, по ресторанам и кафе. Проблема в том, что избыточные доходы шли не на инвестиции, а на потребление. И сейчас после падения цен на основные наши экспортные товары закономерно происходит коррекция уровня жизни. За каждую тонну нефти и кубометр газа мы теперь получаем в два раза меньше товаров оттуда. А свои пока не можем произвести. Уровень потребления снижается. Люди меньше покупают импортных товаров, реже ездят за границу. Падают реальные зарплаты, потому что инфляция растет быстрее, чем доходы. И здесь индексация зарплат не поможет, а лишь разгонит инфляцию.
Думаю, отношение Тулина и к падению рубля, и к бездумному потреблению в каких-то дополнительных разъяснениях не нуждается.
— Многие эксперты говорят, что девальвация нам поможет. Но каким образом? Пока добились только того, что граждане снова перестали доверять рублю...
Понижение курса рубля огорчает граждан из-за растущих цен в магазинах, но радует многих отечественных производителей. При низком курсе рубля повышается конкурентоспособность российских товаров, появляются перспективы роста промышленного и сельскохозяйственного производства, замещения импорта отечественными товарами. Как совместить интересы производителей и домашних хозяйств в вопросе валютного курса? Только через рост эффективности нашего материального производства, развитие отечественной промышленности, снижения зависимости нашего общего благосостояния от мировых цен на минеральное сырье. Тогда и валютный курс станет более стабильным.
Опять же без комментариев.
— Колебания на валютном рынке сейчас меньше, но в конце года они зашкаливали...
Самое страшное — когда население, испугавшись качки, переходит на один борт корабля. Тогда устойчивость теряется. И сбить этот ажиотаж очень сложно. Тем более что люди хотят не только сохранить свой капитал. Они ведь еще и подзаработать не против.
— Как справились с нехваткой наличных долларов и евро в декабре прошлого года?
— Ажиотажный спрос на валюту вынудил банки срочно заказать дополнительную наличность за границей. Ее привезли, и проблема разрешилась. В обычной остановке, когда нет паники, хранить избыточную наличность — накладно и невыгодно для банков. Сейчас ситуация нормализовалась.
— Получается, сбить ажиотаж вы решили резким повышением ключевой ставки. Зачем? Это ведь «убило» весь кредитный рынок. Банки либо совсем перестали давать деньги в долг, либо очень резко повысили ставки...
После того как курс рубля стал снижаться, на финансовых рынках возникла паника. Она частично охватила и вкладчиков. Люди стали забирать деньги из банков. Чтобы остановить этот ажиотаж, пришлось резко повысить ключевую ставку. Это помогло. Но помните, что говорят медики про сильно действующие лекарства? Часть организма лечат, другую — калечат. Так и в денежно-кредитной политике. Завышенный уровень ключевой ставки, нехватка кредитных ресурсов — тоже беда. Она приводит к разорению предприятий и торможению экономического развития. И все же в тех экстремальных условиях повышение ключевой ставки было неизбежным. Не сделай мы этого, получили бы не только экономический спад, но и неконтролируемый рост инфляции. Задача ЦБ — избегать крайностей, своевременно реагировать на изменение экономической ситуации, гибко корректировать свою политику.
Опять же это прямая речь Тулина по поводу повышения ключевой ставки ЦБ России, которая и по его словам была неизбежна.
— 17% — разве это не крайность?
— Спустя некоторое время, когда рынки стабилизировались, мы стали снижать ставку. Сейчас она 14%. Ставка должна превышать ожидаемые темпы инфляции. К примеру, если мы прогнозируем, что за ближайший год цены повысятся не более чем на 9%, то какой смысл держать ставку почти вдвое выше? Ведь так можно ненароком и экономику «убить». Так что будут снижаться инфляционные ожидания, будем и ставку понижать дальше.
Опять же ничего противоречащего заявлениям главы Банка России.
— Есть такое мнение у многих экономистов. Мол, нужно опустить ключевую ставку вообще до нуля, как на Западе. Наполнить экономику деньгами и тогда мы заживем лучше, чем в США, которые напечатали за последние годы кучу долларов. Как относитесь к такой инициативе?
Слишком низкая ключевая ставка центрального банка, избыточное количество денег в обращении — плохо. Это приводит к высокой инфляции, а инфляция — яд для экономики и беда для людей. За прошедшие 10 лет во всех соцопросах люди называли высокую инфляцию одной из главных для себя угроз — порой хуже безработицы, преступности или коррупции. А мировой опыт нужно изучать и использовать, но копировать вслепую нельзя. Жить нужно своим умом.
Не стоит, к примеру, забывать, что доллар является мировой резервной валютой. Поэтому «напечатанные» деньги способствовали надуванию финансовых пузырей не столько в самих США, сколько в странах с формирующимися рынками.
— То есть включать станок, как это сделали США, нам нельзя? Они за счет этого все-таки смогли разогреть свою экономику...
Это не совсем верно — про роль печатного станка в разогреве американской экономики. В последние годы в США и Европе, действительно, давали много денег банкам. Но эти деньги шли на пополнение ликвидности банковского сектора, то есть в основном оставались у банков, а не использовались для кредитования реального сектора экономики. Денежная эмиссия помогала экономическому росту не напрямую, а через спасение от банкротства банковской системы, деньги которой «застряли» в проблемных кредитах, в государственных и ипотечных облигациях. Не помогли бы власти США деньгами своему банковскому сектору, банковский кризис накрыл бы волной всю национальную экономику. А так дали возможность выжить банковской системе — и американская экономика постепенно возобновила рост. Произошло это в основном за счет внедрения новых технологий, в частности, в области добычи сланцевой нефти и газа. Вслед за этим в США стали возвращаться из-за границы многие промышленные производства, ранее «эмигрировавшие» из страны в поисках более дешевого сырья и рабочей силы.
Как видим, и «за бугром» для экономического благополучия первично материальное производство, а не денежная эмиссия. Финансовая стабильность лишь создает условия для экономического развития. Наши критики говорят: дайте больше денег, тогда заводы заработают, а коровы станут давать больше молока. Эта подмена понятий и упрощение. Во-первых, не все деньги, которые дает ЦБ, доходят до реальной экономики. Во-вторых, не все деньги могут дать импульс для развития. Судьба экономики больше зависит от факторов производства: сырье, заводы, люди. Если просто засыпать экономику деньгами, развития не будет. То есть, сначала ресурсы, а потом деньги.
Думаю, здесь скрыта самая основа мировоззрения Тулина на взаимосвязи в экономике. Не деньги являются основой роста, а собственно наличие точек этого самого роста, к которым он относит сырье, заводы и людей. На мой взгляд, вряд ли возможно высказаться яснее на эту тему.
— А у нас этих ресурсов не хватает сейчас и в итоге все уходит на спекуляции, так получается?
В принципе, есть связь между количеством денег в обращении и динамикой роста экономики. Но она не строгая. В экономике очень много психологии. Есть примеры, когда денежная масса растет на 20 — 30% в год, при этом инфляции нет, а экономика растет. Идеальная ситуация. А бывает наоборот: станок включили, цены растут, а экономика не растет. Почему так? Все зависит от того, на какие цели идут эти деньги в конечном итоге. Если на строительство заводов и выпуск новых товаров, развитие будет. А если на покупку валюты — вряд ли.

— Этот процесс можно как-то регулировать?

Не зря Маркс называл капитализм миром чистогана и наживы. Классическому предпринимателю все равно, на чем зарабатывать. Если торговля семечками приносит наибольший доход, он будет заниматься именно этим. Поэтому деньги коммерческих банков уходят туда, где рисков меньше, а отдача больше. И мы это не контролируем. Можем дать денег по низким ставкам, а они уйдут совсем не туда, куда нужно. Есть, конечно, директивные способы, когда деньги дают на приоритетные проекты. Но чиновникам очень сложно определить, что важно именно сейчас и что принесет наибольшую отдачу.
Интересный нюанс, неправда ли? Банкир считает, что рынок невозможно контролировать и в доказательство приводит слова Маркса.
— А с помощью ключевой ставки вы можете рост цен замедлить?
 Ключевая ставка — это процент, по которому ЦБ (с небольшой надбавкой сверху) предоставляет кредиты коммерческим банкам. Она влияет на ставки, по которым те кредитуют друг друга и клиентов, например, в промышленности, торговле, сельском хозяйстве. Чем выше ставка по банковским кредитам, тем меньше спрос на такие кредиты со стороны экономики. Это замедляет рост денежной массы в обращении и тормозит рост цен на товары. Таким образом, связь между ключевой ставкой и инфляцией носит весьма опосредованный характер. Это как в механических часах стрелки на циферблате соединены с заводной пружиной через систему зубчатых колесиков, вращающих друг друга. Вот только механизм влияния на инфляцию, в отличие от часового механизма, не подчиняется строгим законам механики. То колесики меняют скорость вращения, то сцепление между ними нарушается, то пружина лопается. Поэтому денежно-кредитная политика — это не строгая наука, а ремесло или искусство сродни врачеванию. И тем не менее, пусть опосредованно, с лагом во времени, но наши меры способствуют снижению инфляции.
Мне показалось, либо в словах Тулина я увидел чисто монетаристский подход к инфляции?
Я, конечно, привёл интервью первого зампреда не в полной мере, а лишь частично. На мой взгляд, я выделил самые интересные моменты. Кому интересно, может пройти по указанной в начале статьи ссылке и ознакомится с интервью Тулина  в полном варианте.
Теперь предлагаю рассмотреть интервью Набиуллиной и сравнить её слова со словами её заместителя. По той причине, что интервью главы ЦБ России весьма и весьма объёмно, я выделю только самые важные - опять же на мой взгляд - моменты.
Первое - это обеспечение роста посредством смягчения денежно-кредитной политики ЦБ России:
Чем быстрее будут преодолены структурные ограничения и реализована повестка структурных реформ, а это гораздо более сложные реформы, чем просто повышение-снижение налогов или ставок, тем быстрее экономика выйдет на устойчивый экономический рост.
Мерами денежно-кредитной политики можно получить только краткосрочный эффект, к тому же достаточно слабый. А устойчивого роста добиться невозможно.
Знакомые нотки, неправда ли? В основе экономического роста лежат не собственно деньги сами по себе, а готовность экономики их воспринять, и над этим последним надо как следует потрудиться. 
Я считаю, что перегрев на рынке необеспеченного потребительского кредитования был. Необеспеченное розничное кредитование в середине 2013 года росло на 60%, при этом доходы населения росли медленней (порядка 15%-прим. моё). Когда нам говорят, что доля розничных кредитов в ВВП невелика, то забывают, что доля платежей по кредитам в доходах семей значительна. С этой точки зрения мы находились в рискованной зоне, поэтому ЦБ начал охлаждать этот рынок несколько лет назад... Был реализован целый набор мер, направленный на торможение роста кредитования домохозяйств с небольшими доходами под повышенную ставку. Нашей целью было добиться того, чтобы темп роста потребительского кредитования был сопоставим с темпом роста номинальных доходов населения.
Что там говорил Тулин насчёт потребления?
А как Набиуллина  предлагает решать вопрос финансирования производственных проектов? Напоминаю:
Нужно создать долгосрочного внутреннего инвестора и институты для аккумулирования таких накоплений — а именно этой задаче и служат институты пенсионных накоплений, страхования жизни, коллективных инвестиций.
Да, поэтому мы и говорим, что в пятилетней перспективе роль небанковского финансирования должна расти.
В качестве небольшого примечания хотелось бы добавить ещё кое-что из интервью Набиуллиной:
— Вы можете прокомментировать ситуацию с отчетом аудитора банка «Траст», который сначала подписал отчет, а через год сообщил, что отчетность была недостоверной? Как часто аудиторы подписывают недостоверные отчеты — это распространенная практика или отдельные случаи?
— Это не единичный случай, к сожалению, и нас это беспокоит. Мы постоянно пишем в Минфин письма по поводу аудиторов, которые заверяли отчетность с признаками недостоверности, с просьбой принять меры.
Т.е. глава Банка России фактически обвинила Минфин (т.е. его главу) в создании предпосылок для крушения таких банков, как "Траст", т.е. обвинила Силуанова в создании предпосылок к кризису в банковской сфере. Знаете, после этого у меня возникают некоторые сомнения по тому, как можно записывать Набиуллину и Силуанова в одну "неолиберальную группу". И это в добавок в вышесказанному про Тулина и Улюкаева.
Не знаю, кому как, однако я не увидел в интервью Набиуллиной и Тулина каких-либо принципиальных расхождений, особенно в том, что касается обеспечения роста экономики посредством накачки этой самой экономики дешевой ликвидностью со стороны Банка России. Таким образом, у меня в очередной раз возникают вопросы к качеству материалов, поставляемых агентством Блумберг в отношении России.
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru